Tetraogallus himalayensis
Материал из Энциклопедия птиц. WikiBirds
| Гималайский улар |
| Tetraogallus himalayensis Gray, 1843 |
|
Содержание |
Распространение
Ареал
Населяет горные хребты северной части Центральной Азии. В западных Гималаях идет к югу до 31° с. ш. (Lamprey, 1954), откуда распространен по всем северо-западным Гималаям, Каракоруму, Гиндукушу, Памиро-Алаю, Тянь-Шаню, Заилийскому Алатау, Тарбага-таю, Сауру, Куньлуню, Нань-Шаню и Южно-Кукунорскому хребту. Южная граница в пределах Тибета не выяснена.
Этот вид обитает по всем хребтам Памиро-Алая, превышающим высоту 3000 м над ур. м. Самая западная точка здесь — западная оконечность гор Байсунтау (бассейн Шерабаддарьи), кишлак Земон южнее Пенджикента и вершина 3194 м в западной оконечности Туркестанского хребта (Иванов, 1969; наши данные). По системе Тянь-Шаня он идет на запад до Кураминского, Чаткальского, Пскемского и Угамского хребтов. Населяет Джунгарский Алатау (через хр. Борохоро этот участок связан с тянь-шаньским участком ареала) и, наконец, изолированный участок ареала расположен в хребтах Тарбагатая и Саура.
Характер пребывания
Повсюду оседлая птица.
Биотоп
Улары прежде всего связаны с резко расчлененными формами рельефа — это в полном смысле слова горные птицы, для нормальной жизнедеятельности которых нужны склоны различной крутизны, скалы, террасы, но никак не ровные места. В то же время высокогорной эту птицу считать нельзя, ибо высота гнездования их над уровнем моря зависит прежде всего от климатических условий, растительности и ряда других факторов, среди которых антропогенные имеют особо важное значение. В целом ряде районов, в частности на Памире, места обитания уларов — это склоны субальпийского и альпийского поясов, с выходами скал, изрезанные глубокими оврагами — «саями», с текущими по ним летом ручьями, обрамленными зелеными лентами лугов, с пятнами луговой растительности на склонах в местах выхода грунтовых вод, но подчас их вполне удовлетворяют и полупустынные участки с разреженной растительностью. Наличие водопоев обязательно. Там, где их нет, даже высоко в горах, нет и уларов. Такие участки есть даже на Памирском нагорье (Потапов, 1966). Примерно в таких же условиях обитают эти улары в аридных районах Куньлуня и Нань-Шаня.
Приверженность гималайского улара к областям, с аридным климатом вполне очевидна — этот вид не выносит высокой летней влажности (что, в частности, определяет пределы его распространения в Гималаях и восточном Тибете). Всюду, где этот вид обитает в местах, расположенных выше верхней границы древесно-кустарниковои растительности, птицы стремятся гнездиться как можно ближе к днищам долин, и-только деятельность человека, как например на Памире, загоняет их для гнездования на высоты до 4800 м над ур. м., выше которых гнезда уларов еще никто не находил. Но везде, где есть лесной пояс, улары показывают явную привязанность к верхней границе леса, будь то разреженные ельники, как на Тянь-Шане (Кузь-мина, 1962), пояс арчи в Каратегине (Попов, 1959) и в долине Зеравшана (наши данные), или заросли дуба в Гиндукуше (Paludan, 1959). Явно избегается только сомкнутая лесная растительность. В этом отношении привязанность улара к определенным высотам во время гнездования весьма красноречива. На Памирском нагорье, поднятом значительно выше лесного пояса, улары стремятся гнездиться как можно ниже, в 100—150 м над днищами долин, там,где склоны становятся более крутыми и появляются выходы скал (Потапов, 1966). В районах, где долины врезаются более глубоко — в Бадахшане, в Гиссаро-Каратегине, в Гарвале — они спускаются для гнездования до высот 2400—2500 м над ур. м., обитая здесь среди разреженной кустарниковой растительности. Наконец, на севере ареала, в хр. Борохоро, улары спускаются на гнездовье до 900 м над ур. м. В соответствии с этим довольно широк и диапазон климатических условий, в которых птицы и гнездятся, и зимуют. На такой же высоте (900—1500 м над ур. м.) обитают они и на северо-восточной окраине Джунгарского Алатау — в широких горных ущельях, на крутых склонах которых скалы чередуются с россыпями, а кустарниковые заросли арчи и эфедры — с участками степной и пустынной растительности (Кузьмина, 1962). Верхний предел гнездования определить гораздо труднее. Наши наблюдения на Памире позволяют считать этим пределом 4800 м над ур. м. Для Гиссаро-Каратегина верхний предел гнездования обусловливается,как, видимо, и во многих других местах, линией вечных снегов, проходящей здесь на высоте 4000 м (Попов, 1959).
Численность
Данных очень мало. Плотность птиц в горах определять вообще очень трудно из-за крайней неравномерности нх распределения. Отдельные микропопуляции населяют сравнительно небольшие участки, наиболее удобные для жизни, между которыми подчас располагаются обширные пространства, где уларов нет вовсе. На Памире плотность населения в таких удобных местах составляет около 7.5 особей на 100 га весной и 17—20 на ту же площадь осенью (наши данные). Сходные цифры имеются и для Бадахшана: в долине р. Гунт максимальная плотность составляла весной 8—10 птиц (Абдусалямов, 1971). Данные по сезонной и многолетней динамике численности отсутствуют, но в целом в большинстве названных горных районов гималайский улар является вполне обычной птицей.
Экология
Питание
Зимнее питание наименее изучено и известно только по содержимому нескольких зобов. На Памире оно состоит преимущественно из кусочков деревянистых стеблей полыни, терескена, злака рисовидки, других злаков, а также почек, листьев и плодов этих же растений и небольшой примеси семян других, в частности бобовых. В Бадахшане в зимнем питании отмечены также колоски и стебли костра кровельного (Попов, 1959; Абдусалямов, 1971). Состав зимних экскрементов памирских птиц также показывает, что основной корм в это время — сухие части растений (стебли, побеги, листья, колоски, семена, плоды). Для Тянь-Шаня в качестве зимних кормов указаны также побеги арчи и семена ели (Шнитников, 1949; Кузьмина, 1962), но наиболее важны листья, стебли и семена мышатника (51%), зелень различных злаков (29.2%)—типчаков, мятлика и кобрезий (Зимина, 1956). В хребте Кетмень чаще других и в большем количестве употребляются стебли и листья дриадоцвета, остролодочников, астрагала, жимолости, различные корни и семена (Кузьмина, 1977).. Помимо столь обычных для куриных птиц гастролитов, у зимних птиц в зобах находили и почву, видимо используемую, как источник для получения солей (Кузьмина, 1962). Весной сразу же с началом вегетации улары переходят на свежую зелень — вегетативные и генеративные побеги различных высокогорных трав и полукустарников. Рацион >в это время включает цветы, побеги и листья эфемеров — ветреницы, прострела, а также стебли лука. Для Бадахшана, кроме многочисленных эфемеров, в весеннем питании указаны также колоски и стебли костра кровельного, костра острозубого и в небольшом количестве мох, луковицы тюльпанов, листочки иргая и зверобоя (Попов, 1959).
В летнем рационе также продолжает преобладать свежая зелень многих (свыше 100 видов) растений — пырея, мятлика, типчака, астрагалов, лодочника, клевера, купальниц, лютиков, а со второй половины лета -семена злаков, бобовых, гречишных, луковицы крокусов;1 корневища различных растений. Осенью состав пищи тот же, но в рационе Постепенно уменьшается доля зеленых частей растений, пока полностью не начнет преобладать «сухой» корм. В ряде мест отмечена большая доля семян. Например, в Гиссаро-Каратегине в сентябре зобы птиц были наполнены семенами, колосьями и листьями ястребинок, борца, различных злаков (трещетника, типчака, тимофеевки, мятлика), а также ясколки и мака, причем преобладали семена ястребинок, борца, мятлика и мака ^Попов, 1959). Животные корма потребляются летом в очень малых количествах — собственно, это всегда одиночные особи некоторых насекомых, и похоже, что они случайно захватываются с растительным кормом.
В питании птенцов гималайского улара, как и у других видов этого рода, примечательно полное отсутствие животной пищи в первые дни жизни. Позднее, в возрасте 7 дней и старше, они часто поедают отдельных жуков, преимущественно слоников, дождевых червей, но основой по-стоянно остается растительная пища. Основной же корм в первые дни жизни — нежные листочки различных бобовых растений. Только в редких случаях, при обилии некоторых видов насекомых, животный компонент суточного рациона может быть значительным. Такие случаи известны для Тянь-Шаня, а в. Заилийском Алатау однажды в течение 2 недель улары в большом количестве поедали прямокрылых, и помет их в это время содержал много хитина (Кузьмина, 1977).
Суточный цикл
Наиболее интенсивно кормятся утром и вечером, днем отдыхают в нагромождениях скал. Ночуют в скалах, часто в одном и том же излюбленном месте.
Весной держатся парами, летом и ранней осенью выводками. Когда птенцы окрепнут и подрастут, выводки поднимаются по склонам вверх, где держатся до октября; после снегопадов и похолодания спускаются несколько ниже (Шестоперов, 1929). Поздней осенью выводки объединяются в небольшие табунки.
Размножение
Гималайский улар — моногам, но самец участвует в выводе потомства только частично. Половозрелыми птицы, во всяком случае самцы, становятся только к концу1 второго года жизни, а первое лето проводят в небольших стайках близ гнездящихся птиц. Из таких стаек в середине лета добывались как самцы, так и самки, но последние могли быть и птицами, потерявшими кладку или< птенцов. Весеннее возбуждение в Бадахшане начинает проявляться уже в на-чале марта (Абдусалямов, 1971). Громкие мелодичные свисты самцов раздаются все чаще, на рассветах птицы ведут себя все более шумливо и оживленно, и из зимних стай начинают обосабливаться отдельные пары. В период образования пар и выбора гнездовых участков, судя по отдельным наблюдениям, между самцами происходят ожесточенные стычки: на Памире добывались даже птицы с свежими ранами (Абдусалямов, 1971). В других районах (Заилийский Алатау) драк вообще не наблюдалось (Кузьмина, 1962). Мои наблюдения на Памире начинались с начала мая, когда все улары (за исключением молодых холостых птиц) уже были в отдельных парах, держались у своих участков и драк между ними не происходило. Гнездовые участки отдельных пар, видимо, имеют определенные границы, но каких-нибудь стычек или конфронтации между самцами в период насиживания на границах участков никто не наблюдал. Одна из гнездовых территорий, обследованная мной на Памире, начиналась у стен крупного скального массива, где на одном из карнизов рас-полагалось гнездо, и занимала прилегающий снизу склон примерно на 150—200 м вниз, имея в ширину около 100 м. Две соседние пары гнездились в 300—400 м по обеим сторонам от найденного гнезда. Токовой ритуал самца очень прост. Основной вокальный элемент тока — описанный выше характерный свист. По наблюдениям А. В. Попова (цит. по: Абдусалямов, 1971), свистящий улар «сначала поднимает голову вверх и вперед, в середине свиста — вверх и с окончанием свиста запрокидывает ее назад». Сопровождая кормящуюся самку, самец держит свой хвост почти все время раскрытым, и на темном фоне рулевых перьев резко выделяется белое подхвостье. Гнездо располагается обычно на склонах южных экспозиций под прикрытием камня, кустика или же в скальной нише. Нередко оно бывает открыто сверху, но большей частью над ним нависает либо каменный выступ, либо ветки кустарника, арчи или ели. Располагается оно вблизи мест, удобных для кормежки, и на Памире, например, большей частью устраивается там, где склоны средней крутизны упираются в скалы. Выстилка очень скудная, из сухих стеблей и листьев, с небольшим количеством перьев самой наседки. Диаметр гнезда 30—32 см, диаметр лотка 23 см, его глубина около 8 см. Яйца крупные, с гладкой блестящей скорлупой, окрашены в серовато-желтоватый цвет с разбросанными по нему темно-коричневыми мелкими точками и пятнышками. Встречаются яйца почти без пятен. Размеры яиц из одной кладки (Памир): 65.8X43.7; 66.8X46; 67.6X47.3; 68X47; 68X48.1. Масса свежих яиц варьирует от 70 до 89 (Кузьмина, 1962). Число яиц в кладке колеблется от 5 до 16, в большинстве случаев бывает 6—9 яиц. Откладка их происходит примерно через день, насиживание длится около 30 дней (Кузьмина, 1962). В высоко-горьях насиживающая самка оставляет кладку, уходя на кормежку обычно только в середине дня, когда становится достаточно тепло.
В зависимости от места расположения гнезда выводок после вылупле-ния или поднимается наверх, на альпийские лужайки с густой травой, либо же спускается вниз, к верхней границе древесно-кустарниковои растительности. Сроки размножения колеблются довольно сильно, в зависимости от высоты местности и ее географической широты. Наиболее ранняя дата встречи пуховых птенцов у Кульджи — 13 мая (Шестоперов, 1929), самый поздний срок — 3 июля в хр. Кетмень (Кузьмина, 1962). Сроки размножения могут быть довольно растянуты даже в одной популяции, так что в один и тот же день можно встретить и пуховых птенцов, и лётных молодых птиц. Все же на меньших высотах вылупление птенцов происходит заметно раньше, чем в высокогорье, и птенцы, соответственно, имеют в своем распоряжении гораздо больше времени для развития. Наиболее поздние сроки размножения в пределах СССР — на Памирском нагорье, где массовое вылупление птенцов происходит в начале июля (Потапов, 1966).
О лётных способностях молодых птиц известно мало. Будучи размерами с перепела, птенцы уже свободно перепархивают на короткие расстояния, а достигнув роста кеклика, они при тревоге взлетают и, как взрослые птицы, улетают вниз по склонам. Видимо, в это время они еще способны взлетать с ровной поверхности и лететь активным полетом.
Участие самца в вождении птенцов несомненно, но далеко не во всех случаях. В процессе насиживания он держится обычно в районе гнезда и всегда сопровождает самку, когда та покидает гнездо и кормится. После вылупления птенцов самцы либо покидают участок и уходят на линьку, присоединяясь к группам холостых линяющих птиц, либо остаются при выводке, который сопровождают вместе с самкой. Если птенцы еще небольшие и не умеют летать, то при появлении опасности самка проявляет очень сильное беспокойство и в большинстве случаев старается отводить от птенцов, притворяясь раненой и издавая квохчущие и стонущие звуки, а после того, как птенцы попрячутся, удаляется на некоторое расстояние и с удобного места наблюдает за нарушителем спокойствия, время от времени издавая такой же свист, как и самцы.
Подрастающие птенцы вместе с самкой, как и остальные взрослые птицы, с приближением осени постепенно поднимаются в своих кочевках на все большие и большие высоты вслед за смещением зоны массовой вегетации и плодоношения растений. В конце августа все птицы, как молодые, так и взрослые, держатся на наибольших высотах, но уже в сентябре начинается их постепенное движение обратно вниз.
Зимний сезон
Зимняя жизнь уларов почти не изучена. Основные ее черты — это избегание мест с высоким снежным покровом и обитание на сравнительно малоснежных и бесснежных участках. В ряде мест это вызывает довольно значительные перемещения птиц как по вертикали, так и горизонтальные. В большинстве случаев, как например на Памире, они откочевывают в нижние части склонов и держатся у самых днищ долин, где снег нередко отсутствует всю зиму, особенно на южных склонах. В Гиссарском хребте улары на зиму спускаются вниз на 1000—1500 м, а при внезапных обильных и длительных снегопадах их встречали на еще меньших высотах. В целом же можно считать, что на большей части ареала улары проводят зиму в пределах древесно-кустарникового пояса растительности, а в некоторых случаях даже выходят на сельскохозяйственные поля предгорий (Шестоперов, 1929). Наряду с вертикальными, происходят и горизонтальные перемещения, но данных о них мало. Видимо, птицы перемещаются также на малоснежные склоны. Незначительной глубины снег уларам не страшен — они легко разрывают его, добывая необходимый корм, но глубокий снег для них губителен. В Бадахшане,например, в прежние времена при глубоких снегопадах местные жители легко добывали уларов, обходя их сверху — увязшие в снегу птицы не могли ни убегать, ни взлетать (Иванов, 1969).
Ночевки птиц всегда происходят в хорошо защищенных от ветра местах — среди скал или в гуще кустарников и даже в пещерах (Корелов, 1956), где, судя по массе помета, птицы ночуют целыми стаями, тесно прижавшись друг к другу. Такие скопления помета уларов встречаются и во многих пещерах Памира. Непосредственных же наблюдений за групповыми ночевками уларов в зимнее время до сих пор нет. Дневной отдых происходит, как правило, на солнцепеке и энергетически очень важен, поскольку в удачно выбранных безветренных местах даже в высокогорьях Памира воздух и почва днем на солнцепеке нагревается до положительных температур (Потапов, 1966). Кормежки в зимнее время происходят, как и летом, дважды в сутки — утром и вечером, но о степени их длительности данных нет. Сведений о величине суточного рациона также мало. Есть только 2 сообщения о массе сухого содержимого зобов нтиц зимой: 42.7 г — 23 декабря на Памире (Абдусалямов, 1971) и 42.5 г—17 февраля в Бадахшане (Попов, 1959). Такое совпадение вряд ли случайно. Если принять во внимание, что улары кормятся дважды в сутки, то суточный рацион,видимо,составляет более 100 г сухой массы. Всю зиму птицы держатся небольшими стаями по 5—12 особей, обычно не образуя больших скоплений.
Описание
Окраска
Верх тела пухового птенца в коричневато-черном и буром крапе; темя более темное; хорошо выражена черно-коричневая полоса у глаза, вторая темная полоса идет от основания клюва и раздваивается в ушной области; низ тусклого серовато-белого цвета (Бекер, 1928).
Первый птенцовый наряд напоминает наряд взрослых птиц, но имеет более выраженный тускло-серый оттенок. Голова буровато-серая с мелкой исчерченностью; верхняя боковая полоса из коричневато-бурых перьев чуть намечена, нижняя выражена лучше. Перья нижней стороны тела (в том числе и задней части зоба) буровато-серые со светлыми икристыми вершинками. Продольные коричневые полосы по бокам тела узки и не окаймлены черным.
[ Copyright Sergey Eliseev]
Первый годовой наряд сходен с нарядом взрослых птиц.
У взрослых птиц (самцы по окраске сходны с самками) верх головы, затылок и зашеек серого цвета; уздечка и щеки светло-серые; лоб и полоса над глазом беловатые; бока шеи, подбородок и передняя часть зоба белые. От голого пятна за глазом и от основания нижней челюсти идут назад (окаймляя белые бока шеи) коричневые полосы; они соединяются друг с другом поперечной полосой, более широкой и отчетливой на задней части зоба и менее выраженной на зашейке; этот коричневый или темно-рыжий ошейник у разных особей варьирует по ширине. Передняя часть спины светлосерая с редкими точечными темными крапинками. Остальная часть спины, поясница, плечевые и верхние кроющие хвоста темно-серые с мелким густым струйчатым охристым рисунком и охристыми каймами перьев; последние более сильно развиты на пояснице, а на верхних кроющих «рыла еще более широкие и рыжие. Первостепенные маховые белые с темными окончаниями; концы рыжеватые с мелким темным крапом; белый цвет в виде широкой белой перевязи выступает из-под кроющих перьев. Второстепенные маховые буровато-серые со струйчатым охристым рисунком, более заметным к вершинам. Перья задней части зоба и передней части груди с крупными предвершинными черными пятнами и широкими белыми вершинами, образующими черно-белую исчерченность (несколько слабее у самок); последние ряды перьев белые. Остальная часть груди и брюха темного голубовато-сер о го цвета с очень мелким охристым струйчатым рисунком; у некоторых птиц оперение брюха с ясным черновато-бурым оттенком. Перья боков тела с широкими продольными коричневыми полосами с черным окаймлением. Оперение ног темно-серое с мелким струйчатым охристым рисунком. Внутренние опахала рулевых темно-серые, наружные—коричневые, с темным мелким струйчатым рисунком, более развитым от наружных к внутренним перьям; вершины рулевых темно-рыжие с неясно выраженной предвершинной черноватой полосой. Клюв буровато-роговой, ноги оранжево-красные, радужина глаза коричневато-бурая.
Подвиды
- Tetraogallus himalayensis himalayensis Gray, 1843
- Tetraogallus himalayensis sewerzowi Zarudny, 1910
- Tetraogallus himalayensis saurensis Potapov, 1993
Литература
- Птицы СССР. Курообразные, журавлеобразные. Л.: Наука, 1987. — 528 с